Мы уже сформулировали общее правило киргизского синтаксиса:
зависимый элемент обычно предшествует главному.
В простейшем случае это выглядит совершенно привычно:
жакшы киши
хороший человек
эски үй
старый дом
үч китеп
три книги
Но тот же принцип работает и тогда, когда определение само превращается в довольно сложную конструкцию:
мен көргөн киши
человек, которого я видел
кечээ Бишкектен келген студент
студент, который вчера приехал из Бишкека
биз көптөн бери издеп жүргөн китеп
книга, которую мы давно ищем
Именно способность ставить перед существительным целое действие — одна из важнейших особенностей киргизского синтаксиса.
Простое определение
Прилагательное ставится непосредственно перед существительным:
жакшы адам
хороший человек
кызыл алма
красное яблоко
чоң шаар
большой город
При этом прилагательное не согласуется с существительным ни в числе, ни в падеже:
жакшы адам
хороший человек
жакшы адамдар
хорошие люди
жакшы адамдарды
хороших людей
Все показатели числа и падежа получает только определяемое существительное.
То же самое происходит с числительными:
үч студент
три студента
үч студентти көрдүм
я видел трех студентов.
После числительного существительное обычно не получает показатель множественного числа: сама форма үч студент уже означает «три студента».
Цепочка определений
Перед существительным может находиться сразу несколько определений:
чоң кызыл үй
большой красный дом
бул жаңы китеп
эта новая книга
менин жаңы китебим
моя новая книга
Порядок таких определений не совершенно произволен: элементы, образующие более тесное смысловое единство с существительным, обычно располагаются ближе к нему.
Но для начала достаточно запомнить главное:
вся определительная группа находится перед определяемым словом.
Притяжательная конструкция
Особенно важна конструкция типа:
Арыстандын китеби
книга Арстана
Она состоит из двух частей:
Арыстандын
Арстан-а, родительный падеж;
китеби
его книга, притяжательное окончание 3-го лица.
То есть буквально получается нечто вроде:
Арстана его-книга.
Сравните:
менин китебим
моя книга
сенин китебиң
твоя книга
анын китеби
его / ее книга
биздин үйүбүз
наш дом
баланын атасы
отец ребенка
Кыргызстандын тарыхы
история Кыргызстана.
Это чрезвычайно важная конструкция. В русском языке отношение между двумя именами часто выражается одним родительным падежом:
книга студента.
В киргизском маркируются оба конца отношения:
студенттин китеби
буквально:
студента — его книга.
Первое слово получает родительный падеж -нын, второе — притяжательное окончание соответствующего лица.
Родительный падеж иногда не оформляется
Существует и другая модель:
мектеп директору
директор школы
кыргыз тили
киргизский язык
шаар борбору
центр города
университет ректору
ректор университета.
Первое существительное здесь не имеет окончания родительного падежа, однако второе по-прежнему получает притяжательный показатель третьего лица.
Сравните:
мектептин директору
и:
мектеп директору.
Обе конструкции возможны, но они не всегда совершенно равнозначны. Оформленный родительный падеж сильнее выделяет конкретного обладателя или определенное отношение:
мектептин директору
директор этой / данной школы.
Неоформленная конструкция легче образует устойчивое название, тип или категорию:
мектеп директору
школьный директор, директор школы.
Точно так же:
Кыргызстандын тарыхы
история Кыргызстана
но:
кыргыз тарыхы
киргизская история.
Это различие во многом напоминает уже знакомое нам противопоставление оформленного и неоформленного винительного падежа: киргизский язык регулярно различает определенный, конкретный объект и объект, обозначающий скорее класс или тип.
Притяжательное окончание может заменить обладателя
Если из контекста понятно, о ком идет речь, первое слово можно вообще опустить:
китебим
моя книга
китебиң
твоя книга
китеби
его / ее книга
үйүбүз
наш дом.
Поэтому:
Менин китебим столдо.
и:
Китебим столдо.
оба означают:
Моя книга на столе.
Как и личное местоимение при глаголе, местоимение в родительном падеже часто появляется только тогда, когда его нужно специально подчеркнуть:
Бул менин китебим, тигил сеники.
Это моя книга, а та — твоя.
Причастие как определение
Теперь начинается действительно важная часть.
Причастие в киргизском языке ставится перед существительным совершенно так же, как обычное прилагательное:
келген киши
пришедший человек
окуган бала
читавший ребенок
жазылган кат
написанное письмо
сатылуучу үй
дом, предназначенный для продажи / дом на продажу.
Никакого согласования причастия с существительным нет:
келген киши
пришедший человек
келген кишилер
пришедшие люди
келген кишилерди көрдүм
я видел пришедших людей.
Изменяется только существительное.
У причастия могут быть свои зависимые слова
Как и обычный глагол, причастие сохраняет способность управлять дополнениями и обстоятельствами.
Например:
кечээ келген киши
Здесь:
келген киши
пришедший человек;
кечээ келген киши
вчера пришедший человек
→ человек, который вчера пришел.
Добавим место:
кечээ Бишкектен келген киши
буквально:
вчера из Бишкека пришедший человек.
Нормально по-русски:
человек, который вчера приехал из Бишкека.
Можно продолжать:
кечээ Бишкектен бизге келген киши
человек, который вчера приехал к нам из Бишкека.
Получается очень важная схема:
(все зависимые слова + причастие) + существительное
То, что по-русски превращается в придаточное предложение с который, в киргизском очень часто остается обычным определением перед существительным.
Где киргизское «который»?
Сравните:
Мен кечээ бир кишини көрдүм.
Я вчера видел одного человека.
Теперь сделаем из:
мен кечээ көрдүм
я вчера видел
определение к слову киши.
Получается:
мен кечээ көргөн киши
буквально:
мной вчера виденный человек.
Нормальный перевод:
человек, которого я вчера видел.
Обратите внимание: отдельного слова со значением русского относительного местоимения который здесь вообще не требуется.
Причастная форма сама позволяет превратить предложение:
Мен аны кечээ көрдүм.
Я его вчера видел.
в определительную конструкцию:
мен кечээ көргөн киши
человек, которого я вчера видел.
«Который» может соответствовать разным членам предложения
Самое интересное заключается в том, что никакого специального изменения причастия в зависимости от роли русского который не происходит.
«Который» — подлежащее
Киши кечээ келди.
Человек вчера пришел.
Получаем:
кечээ келген киши
человек, который вчера пришел.
«Который» — прямое дополнение
Мен кишини кечээ көрдүм.
Я вчера видел человека.
Получаем:
мен кечээ көргөн киши
человек, которого я вчера видел.
«Которому»
Мен кишиге китеп бердим.
Я дал человеку книгу.
Получаем:
мен китеп берген киши
человек, которому я дал книгу.
«С которым»
Мен киши менен сүйлөштүм.
Я разговаривал с человеком.
Получаем:
мен сүйлөшкөн киши
человек, с которым я разговаривал.
«От которого»
Мен кишиден кат алдым.
Я получил письмо от человека.
Получаем:
мен кат алган киши
человек, от которого я получил письмо.
Существительное киши вынесено за пределы причастного оборота и становится словом, которое этот оборот определяет. Его роль внутри действия восстанавливается из значения глагола и контекста.
Подлежащее внутри причастного оборота
Теперь рассмотрим:
мен көргөн киши
человек, которого я видел.
Кто видел?
мен.
Но если подлежащее выражено существительным или если нужно явно показать его отношение к действию, возникает конструкция, чрезвычайно похожая на притяжательную:
Асан көргөн киши
человек, которого видел Асан.
В современной киргизской речи субъект причастного оборота очень часто имеет именно такую неоформленную форму:
мен жазган кат
письмо, которое я написал;
атам курган үй
дом, который построил мой отец;
балдар окуган китеп
книга, которую читали дети.
Однако при более именной организации конструкции и особенно при субстантивации причастия связь с притяжательной моделью становится совершенно явной:
менин көргөнүм
то, что я видел;
сенин айтканың
то, что ты сказал;
анын жазганы
то, что он написал / факт того, что он написал.
Здесь мы уже получаем знакомую структуру:
менин … -ым
сенин … -ың
анын … -ы
То есть:
обладатель + обладаемое
превращается в:
субъект действия + номинализованное действие.
И это один из важнейших мостиков от морфологии к киргизскому синтаксису.
Если существительное опустить
Причастие может употребляться самостоятельно:
келген
пришедший; тот, кто пришел
көргөн
видевший; тот, кто видел / то, что видел
айткан
сказавший; сказанное.
Но такое субстантивированное причастие способно получать все обычные именные показатели:
келгендер
пришедшие
келгенге
пришедшему / тому, кто пришел
келгенден
от пришедшего
келгенди
пришедшего / то, что произошло — в зависимости от контекста.
А если нужно указать субъекта действия, появляются притяжательные окончания:
келгеним
то, что я пришел; мой приход
келгениң
то, что ты пришел
келгени
то, что он пришел.
И теперь эту форму можно склонять:
келгенимди
Разбираем:
кел-
приходить
-ген
причастие
-им
мой / относящийся ко мне
-ди
винительный падеж.
Получается буквально нечто вроде:
мой факт прихода — как объект действия.
Именно поэтому совершенно нормальным становится предложение:
Ал менин келгенимди билди.
буквально:
Он мой-приход узнал.
Нормально:
Он узнал, что я пришел.
От определения к целому придаточному
Теперь можно увидеть последовательность превращений.
Начнем с обычного глагола:
келди
пришел.
Сделаем причастие:
келген
пришедший / который пришел.
Добавим существительное:
келген киши
человек, который пришел.
Укажем субъекта другого действия:
мен көргөн киши
человек, которого я видел.
Уберем определяемое существительное и поставим притяжательное окончание:
менин көргөнүм
то, что я видел.
Поставим всю конструкцию в винительный падеж:
менин көргөнүмдү
И теперь она становится обычным дополнением:
Ал менин көргөнүмдү көрдү.
Он увидел то, что видел я.
Точно так же:
анын келгенин билем
разбирается как:
анын
его;
келген-и-н
пришедшее-его-винительный падеж;
билем
знаю.
Нормальный русский перевод:
Я знаю, что он пришел.
Именно здесь становится видно принципиальное различие двух языков.
Русский строит:
Я знаю [что + он + пришел].
То есть присоединяет к одному предложению другое предложение при помощи союза что.
Киргизский фактически делает из:
он пришел
именную конструкцию:
его приход / то, что он пришел
ставит ее в винительный падеж и делает обычным дополнением к:
знаю.
Поэтому киргизское сложное предложение очень часто оказывается, если посмотреть на его грамматическое устройство, вовсе не таким уж «сложным». Оно представляет собой простое предложение, один из членов которого содержит внутри себя свернутое действие. Это и есть один из центральных принципов киргизского синтаксиса.
Следующий шаг — посмотреть, насколько далеко этот принцип может зайти: как из тех же отглагольных форм строятся русские конструкции со значениями «что», «когда», «пока», «после того как», «до того как», «потому что», «для того чтобы» и целый ряд других придаточных предложений.