Потом, уже в Киргизии, я попытался реанимировать свой тайцзицюань где-то в начале девяностых. Тогда гуру сегодняшнего среднеазиатского ушу Владимир Марусич, ака Бамбино для друзей, как раз привез из Пекина комплекс Ян-105, и я какое-то время к нему ходил. Но, в общем, не особо долго: старый мир стремительно разваливался, всем было не до того, и мне тоже.
Потом мы переехали в Израиль. Пару раз я пробовал записаться в разные группы тайцзи, но это было одно сплошное огорчение: каждый раз я попадал в группу, состоящую из нескольких очень возрастных бабушек — а мне было тогда лет 30–40, — в которой преподаватели менялись с чудовищной быстротой, а общим у них было довольно среднее знание и еще более среднее умение его передать. В общем, не считая нескольких коротких эпизодов, я забросил тайцзицюань лет на 25.
А потом, аж в 2014 году, мне повезло. Я нашел у себя в Петах-Тикве реально сильного мастера — Ярона Биньямини. Тогда у него была очень серьезная школа и очень серьезный уровень. Причем из тайцзицюань он преподавал стили Ян и Чэнь. Хотя, справедливости ради, стиль Ян у Ярона исполнялся с определенным «чэньским акцентом».
Я прозанимался у Ярона где-то с год, а потом случилась беда: его зал затопило из-за лопнувшей канализации. Ярон воспринял это как знак свыше и перевел занятия в маленькую комнатку в центре Тель-Авива, где мы с трудом помещались. Еще через пару месяцев Ярон сказал, что уходит из этого бизнеса и передает его одному из своих учеников. Я пару раз был на занятиях у этого ученика — даже не помню, как его звали, но… В общем, это было не то. И я начал искать другого учителя.
На этот раз меня занесло к Юре Корнбергу. Он крут, и его группа крута — даже очень крута. Единственное, что мне не очень подходило, — Юра преподавал пекинский вариант стиля Чэнь, который в одних источниках именуется старым Чэнь, а в других — наоборот, новым. Я честно пробовал несколько месяцев. Это было очень круто, но душа требовала стиля Ян. Тут у жены умер отец, на некоторое время вся рутина порушилась, а потом я к занятиям уже не вернулся.
После занятий с Юрой я перепробовал еще несколько учителей, пока не попал к Талие Кав — прямой ученице самого носителя традиции Чэньцзяго Чэнь Бина. И опять это было супер-круто, и опять это был стиль Чэнь.
Я уже не помню, почему оставил занятия у Талии. И опять начал искать. В Израиле и в Китае. В Израиле это был Орен Нахум, а потом еще одна группа, из которой меня в конце концов выгнали, потому что я имел глупость начать поправлять ошибки одного из преподавателей. Сам дурак, конечно.
В Китае я специально записался в школу кунфу на горе Малин на направление тайцзицюань. И опять стиль Чэнь, и опять не то.
Потом, уже в Израиле, я занимался с полгода у суперзамечательного Аби Мория, а сейчас пошел к Мареку Вайсману, который обучает стилю Чэнь Пань-Лина. И мне нравится.
И получается очень странный результат. С одной стороны, мой общий стаж занятий тайцзицюань сегодня составляет где-то 40+ лет. Я учился примерно у десяти учителей, которые преподавали пять или шесть разных стилей и вариаций стилей. Поэтому мой багаж пассивного знакомства с тайцзицюань чудовищно велик и иногда превышает запас некоторых учителей.
С другой стороны, мои личные достижения более чем скромны: сказываются и природная плохая пластичность тела, и перерывы, и частая смена школ и учителей. И в результате мне становится очень трудно найти кого-то для постоянных занятий: чтобы наполнить чашку водой, нужно сначала вылить из нее ту воду, которая уже налита. А мне трудно выливать. Да и жалко — она ведь годами набиралась.
Так вот и живу.
Зато я в результате стал этаким тайцзи-эрудитом, который вполне способен профессионально и качественно о нем судить. Такой ресторанный критик, который сам не умеет толком готовить, но вполне может оценить качество еды.
Ну и раз уж так сложилось, то именно этим я и займусь.
Поглядим, что получится.